гадюшный магнетизм
Сижу в японском гадюшнике, ем не переводимые на русский из-за обобщенного названия грилеванные clams, салат с сашими и сырые устрицы сантиметров пятнадцать в диаметре. Все эти дары колхоза "Подводные земледельцы" им. А. Беляева очень дешевы. Пью корейскую водку соджу, которая, в отличие от японского саке, продукт не брожения, а перегонки, отчего особенно вредна. Так как по дороге к банкомату прошел мимо гостиницы, где прототип Батхеда порешил свою Анастасию, что почему-то рекламируется фотографией, где у Вишеса во рту неаккуратная сосиска в горчице, то думаю про привязанность к гадюшным кантинам у таких великих людей как Глен Гульд и Хэмингэуй.



Недавно одна небогатая знакомая, узнав про нью-йоркский вояж, спросила, поужинал ли я ритуальным образом в чинном ресторане, и мне очень не понравилась сама постановка вопроса, примерно как если бы предлагали добровольно ходить по английским пабам. В Ванкувере, например, я подсел на пиццу по 99 канадских центов и питался почти только ею, в Миннеаполисе жрал бублики с хумусом и тысячи бутербродов из "Subway", а в Москве друзья мне терпеливо объясняли и еще будут объяснять, что я мудак, раз прошусь в "Русское бистро". В Нью-Йорке, слава богу, мусорное дело затрудняет то, что рядом с тележкой продавца all-beef hot dogs обычно стоит также самоходка зеленщика, где за те же доллар-полтора можно купить три полезных банана.





Update: официант объяснил, что я напрасно высыпал в рот сахарную пудру из маленького стаканчика, который он принес в лотке со счетом. Ее по замыслу нужно было ссыпать в cotton candy machine возле входа. "Ничего," - сказал официант привет своим чаевым, "у вас еще осталось на маленькую cotton candy."

Последняя фотография - из кафе на метро "Автозаводская", где тусуют пожилые заводчане в кепках.